Отказ партий центра в Германии от жесткого изоляционизма в отношении радикальных фракций раскалывает ХДС и СДПГ. Это ставит под угрозу стабильность ФРГ на фоне рекордного роста популярности ультраправой оппозиции и победы в Берлине Левой партии. Хотя на досрочные выборы правящая в Германии коалиция сейчас точно не решится, она может потерять возможность принимать непопулярные законопроекты и фактически расколоться.
В мире парламентских демократий партийный ландшафт Германии еще недавно считался образцовым и незыблемым. Сегодня он стремительно меняется.
Правые и левые «края» политического спектра наращивают популярность и претендуют на власть. Одновременно с этим ситуация в рядах двух «народных партий» ФРГ — христианских демократов ХДС и социал-демократов СДПГ — продолжает ухудшаться. И проблема здесь уже не только в неудачах на выборах и падении рейтингов.
Партии правящей коалиции слабеют изнутри, погружаются во внутренние конфликты и отдаляются друг от друга. И если социал-демократы «открываются влево», проводя в Берлине переговоры о создании правительства во главе с «Левыми», то часть консерваторов приходит к выводу о необходимости «открыться вправо», всерьез рассматривая новую стратегию в отношении «Альтернативы для Германии» (АдГ).
Фактически мы становимся свидетелями конца брандмауэра — добровольного обязательства партий центра не сотрудничать с ультраправыми. И у этого решения будет своя цена.
Растерянность
Рейтинг канцлера ФРГ Фридриха Мерца уже продолжительное время не внушает оптимизма. С весны 2026 года он опустился с 30 до нынешних 10–18% в зависимости от исследования.
Но до последнего времени Мерцу удавалось разыгрывать свой важный политический козырь: сопротивление угрозе со стороны АдГ. Несмотря на то, что канцлеру не удалось выполнить свое давнее обещание — «уполовинить» рейтинг «Альтернативы», — у него оставались сильные внутрипартийные аргументы в пользу брандмауэра. Сейчас эти аргументы ослабевают.
Все три избирательных гонки сентября 2026 года завершились для консерваторов крупным поражением. В Саксонии-Анхальт партия набрала в два раза меньше голосов, чем на предыдущих выборах, утратила почти две трети своих парламентских мандатов и потеряла власть в регионе. В Мекленбурге — Передней Померании ХДС впервые в истории и вовсе не прошел в парламент. В Берлине партия утратила половину одномандатных округов и почти со стопроцентной вероятностью кресло бургомистра.
Это, по-видимому, только начало. Во второй половине октября общенациональный рейтинг христианских демократов окончательно опустился ниже 20%. Падает он и в Северном Рейне — Вестфалии, индустриальном сердце страны и самом густонаселенном регионе. А там уже в апреле следующего года пройдут земельные выборы, называемые из-за своего значения «малыми выборами в бундестаг».
Рейтинг партии в этом регионе тает несмотря на популярность главы правительства Хендрика Вюста от ХДС. Фактически повторяется сценарий Саксонии-Анхальт, где местный премьер Свен Шульце также был лидером в личных рейтингах, но ничего не смог противопоставить негативному федеральному тренду.
Консерваторов вводит в растерянность тот факт, что ни одна стратегия противодействия АдГ так и не сработала. Мерц пытался демонстрировать сильную руку и в чем-то копировал требования «Альтернативы». Правительство устанавливало контроль на внешних границах Германии, ужесточало миграционное и социальное законодательство, усиливало депортации. Канцлер заявлял о «проблеме в облике городов», подразумевая жителей с миграционными корнями, и пытался договориться с новыми властями в Дамаске о возвращении граждан Сирии, проживающих в Германии. Мерц остро атаковал крайне правых, то называя АдГ «деструктивной силой», то обвиняя партию в желании расколоть общество и дискриминировать множество людей.
Консерваторов вводит в растерянность тот факт, что ни одна стратегия противодействия АдГ так и не сработала
Он прямо заявлял: любое сотрудничество с «Альтернативой» несовместимо с партбилетом ХДС. Это не помогло. Рейтинг АдГ не только бьет рекорды на востоке страны, но и преодолел планку в 20% во всех ключевых западногерманских федеральных землях — от Нижней Саксонии и Баден-Вюртемберга до Баварии и упомянутого Северного Рейна — Вестфалии. В Баварии, где десятилетиями безраздельно правит местный консервативный союз, ХСС, «Альтернатива» улучшила свои показатели на 4% всего за полгода и достигла в опросах 21 процентного пункта.
Нерадостные вести есть и с крайне левого фланга. Партия Сары Вагенкнехт (после переименования Союз за социальную справедливость и разумную экономику) была для ХДС и СДПГ политической палочкой-выручалочкой. Несмотря на фундаментальные разногласия во внешней политике, «народные партии» на земельном уровне шли в коалицию с теми организациями Союза, которые открыто конфликтовали со своим популистским лидером и были готовы к конструктивной работе.
Так произошло в Тюрингии, где ХДС, СДПГ и Союзу удалось сформировать работоспособное правительство, или в Бранденбурге, где вначале правил альянс социал-демократов и «вагенкнехтовцев», а затем, при помощи перебежчиков из фракции последних, было создано новое большинство, уже с участием консерваторов.
Теперь ситуация принципиально изменилась. Мятежные тюрингцы покинули партию, а в других землях Вагенкнехт удалось восстановить контроль над однопартийцами. В итоге партия превратилась для политического центра из вынужденного союзника в важнейшего помощника главного противника.
В Саксонии-Анхальт голоса Союза уже сделали представителя АдГ первым в истории председателем ландтага. Не исключено, что за ним последует и первый глава правительства. В Бранденбурге у АдГ и переформатировавших свои местные структуры сторонников Вагенкнехт теперь есть большинство в опросах. Обе фракции открыто заявили о готовности к сотрудничеству. В случае распада хрупкой правящей коалиции и новых выборов Бранденбург может стать для федерального правительства новой «горячей точкой» на карте Германии.
Левый прецедент
В столице страны сейчас нарушается еще одно табу. На местных выборах «Левые» победили и теперь рассчитывают возглавить земельное правительство.
Их потенциальные партнеры — «Зеленые» и социал-демократы. Партии провели предварительные консультации, приняли совместное заявление с приоритетами возможной коалиции, а их руководство проголосовало за начало полноценных финальных переговоров.
Сам по себе факт сотрудничества эсдеков и «Зеленых» с «Левыми» не является чем-либо новым. Партия уже входила в правительства пяти земель, включая тот же Берлин и даже «западный» Бремен, а отдельные ее политики были вполне рукопожатными и в консервативных кругах.
Кардинально меняют ситуацию два фактора. Во-первых, земельные организации «Левых» крайне различны. Наряду с «умеренными» региональными объединениями, близкими к социал-демократии, есть и весьма радикальные.
«Чемпион» по радикализму — именно берлинский филиал. Его обвиняют в поддержке левого экстремизма и антиизраильских палестинских движений, а также в антисемитизме и связях с организованной преступностью. В 2024 году из партии вышли практически все видные берлинские политики «Левых» — от председателя фракции до бывших сенаторов (министров). Они обвиняли своих однопартийцев в антисемитизме на основе антиизраилизма.
Сама партия выступала в ходе кампании 2026 года за национализацию жилья, которым владеют крупные частные собственники, ликвидацию земельной спецслужбы и жесткие реформы полиции и сферы образования.
Во-вторых, лидер берлинских «Левых» Элиф Эральп претендует не просто на министерский пост, а хочет стать правящим бургомистром столицы ФРГ и крупнейшего города страны.
Реакция консерваторов была самой громкой за последние годы. Мерц потребовал остановить любые переговоры. А в другом выступлении добавил: «Кто хочет укрепить политический центр, тот не может вести переговоры с левыми радикалами. Мы выступаем против любого, кто подвергает сомнению право Израиля на существование. Прекратите идти этим путем!»
Молодежная организация ХДС призвала к «общественному порицанию» СДПГ и «Зеленых» из-за «слома культурных традиций» и предложила в случае прихода к власти «Левых» отключить Берлин от системы обмена данными в области национальной безопасности.
Это же предложение выдвинул Александер Тром, спикер по внутренней политике фракции ХДС/ХСС в бундестаге, «точно также как и АдГ в Саксонии-Анхальт». Руководитель берлинского ХДС Штефан Эверс заговорил о «капитуляции» «зеленых» и эсдеков. Главы Гессена и Баварии Борис Райн и Маркус Зедер предложили прекратить финансирование Берлина, самого дотационного региона ФРГ, по модели поддержки более бедных земель более богатыми. Причем обычно умеренный Райн не скупился на острую критику — от выражения «бывшие левоцентристы» до обвинений в желании любой ценой удержаться у власти. И это в адрес партнеров по коалиции на федеральном уровне!
У создавшейся ситуации есть и еще одна сторона. У христианских демократов действует такой же запрет на кооперацию с «Левыми», которых они считают леворадикалами и наследниками тоталитарной СЕПГ времен ГДР, как и с ультраправыми. Ранее в ХДС не пытались навязывать свои правила партнерам. Но перспектива радикализации сразу двух земель и их представительство в бундесрате вывело консерваторов из себя.
Часть из них сделала выводы: если «можно» СДПГ, почему «нельзя» нам? Правление ХДС в Берлин-Райникендорфе решило «открыться всем партиям», включая «Альтернативу». Несмотря на возможность формирования районного большинства с левоцентристами, местные консерваторы выбрали путь кооперации с АдГ. По-видимому, они рассчитывают сделать своего кандидата районным бургомистром при помощи голосов из крайне правой части зала заседаний.
Марио Чайя, бывший генсек ХДС в Берлине и руководитель парторганизации в Марцане, заявил о начале переговоров с АдГ с целью поиска большинства и попутно раскритиковал политику Мерца. Из фракции ХДС в Саксонии-Анхальт раздаются недвусмысленные голоса: «Брандмауэр провалился!»
На уровне топ-функционеров похожие высказывания звучат от политиков, еще недавно не допускавших и мысли об отношении к АдГ как к «обычной партии». Тот же Райн, совмещающий посты главы Гессена и земельной парторганизации и считающийся одним из вероятных кандидатов на пост канцлера, если Мерцу придется уйти, предложил отказаться от термина «брандмауэр» как «не христианско-демократического». Он также сказал, что надо перестать блокировать кандидатов от «Альтернативы» на выборах руководства комитетов и комиссий бундестага в связи с тем, что депутаты избраны и это отвечает парламентским традициям.
Здесь интересны сразу два факта: о «парламентских правилах» говорили представители партии Вагенкнехт, голосуя за ультраправого председателя ландтага в Саксонии-Анхальт, а бундестаг, полностью сформированный в нынешнем созыве полтора года назад, ранее все же игнорировал такие «традиции».
Мартин Вебер, вице-шеф ХСС и глава Европейской народной партии, ультимативно заявил: «Брандмауэр в значении „мы или они“ должен уйти в историю». Его логика такова: вступая в бесконечные коалиции с партиями левее консерваторов, включая хрупкие правительства меньшинства, христианская демократия утрачивает свой профиль. Она вынуждена идти на компромиссы с левыми, перенимать их программу и будет и далее терять своих избирателей.
Дефрагментация
Слова Вебера служат зеркалом антагонизма внутри ХДС, переходящего в эрозию. Вопрос о магистральном направлении развития партии, которая, по мнению части партийцев, теряет свою индивидуальность, создает внутреннюю напряженность, провоцирует конфликты, а в некоторых случаях уже приводит к потере контроля. Это наглядно продемонстрировали выборы председателя ландтага в Саксонии-Анхальт.
В принципе, голосов фракций АдГ и партии Вагенкнехт как раз хватило бы для избрания ультраправого кандидата. Но Тобиас Рауш получил на четыре голоса больше. Поддержка без сомнения пришла из рядов ХДС. И это несмотря на устные и письменные гарантии всех членов фракции о готовности воздержаться.
Простая арифметика говорит о том, что часть народных избранников от ХДС решила все же поддержать АдГ, сделав ставку на «новую силу». А другая проголосовала против, оценив нейтралитет как слишком мягкую форму сопротивления крайне правым.
Одна из германских газет провела опрос консерваторов относительно их голосования. Восемь из них заявили, что якобы воздержались согласно договоренности. Но воздержавшихся в зале в сумме было лишь пятеро. Значит, как минимум трое опрошенных сообщили недостоверные сведения.
При этом кандидат на пост вице-спикера, представлявший СДПГ, не набрал достаточного количество голосов, хотя дружная поддержка консерваторов должна была обеспечить ему избрание. Осознав полную утрату контроля, фракция ХДС решила просто покинуть зал во время будущего голосования за нового премьера земли.
Похожие новости поступили и из Баден-Вюртемберга. Земельные выборы здесь прошли еще в марте. Но до сих пор продолжается процесс избрания депутатов на различные парламентские должности и посты в наблюдательных советах госучреждений.
В середине октября кандидаты от АдГ, вопреки годами применявшейся практике брандмауэра, впервые получили заметно больше голосов, чем совокупное количество членов фракции «Альтернативы». Сторонников Вагенкнехт в четырехпартийном парламенте нет.
Любое кадровое голосование в ландтагах проходит тайно. Поэтому формально невозможно установить, кому отдал свой голос каждый конкретный депутат. Но сомнений во фракционной принадлежности «перебежчиков» быть не может. Сами высказывания политиков ХДС говорят о том, что ситуация меняется кардинально и именно в этой партии зреет серьезное желание разрушить стену, отделяющую ее от АдГ. Версия Мерца о провокации противников консерваторов и слова его близких союзников в бундестаге о «ложных утверждениях» и «бездоказательных обвинениях», мягко говоря, звучат неубедительно.
Высказывания политиков ХДС говорят о том, что в этой партии зреет серьезное желание разрушить стену, отделяющую ее от АдГ
В рядах социал-демократов также происходит тяжелый конфликт. Противоречия выплескиваются из партийных кабинетов в общественное пространство. После того как Штефан Крах, лидер берлинской СДПГ, дал зеленый свет на начало финальных переговоров с «Левыми» о создании коалиции, голоса против раздались как на уровне краевых парторганизаций, так и из родной Краху первичной ячейки.
Вопреки неписаным законам, слово взяли и федеральные политики. «Очень большие сомнения» выразил Маттиас Мирш, председатель фракции эсдеков в бундестаге. А Борис Писториус, министр обороны и который год самый популярный политик в стране, и 21 депутат от СДПГ прямо выступили против. Причем последние подписали коллективное письмо «Наши ценности никогда не были предметом переговоров».
В ответ другая группа депутатов, представляющая Берлин, с не меньшей энергией поддержала союз с «Левыми», выразив «непонимание» слов коллег. Столько эмоций не вызывало ни одно планируемое земельное правительство с участием социал-демократов.
Угрозы будущего
Политический кризис в Германии не просто углубляется, а приобретает иные, более опасные черты. Еще совсем недавно существовал консенсус партий центра: никакого сотрудничества с АдГ. Союзы «все против крайне правых» воспринимались со скепсисом, но, в целом, находили одобрение как приемлемая модель.
Существовало понимание: «Альтернатива» не обладает электоральным ресурсом для получения абсолютного большинства. Поэтому неприятно, но в общем-то неважно, сколько набирает АдГ на очередных выборах. Ее роль – оппозиция, пусть и многочисленная, без возможности попасть в исполнительную власть и даже получить руководство парламентских комитетов.
Сейчас канцлер фактически оказался «зажатым в клещи» и справа, и слева. Его партия теряет лидирующий статус в обществе, и приемлемые результаты теперь не гарантированы даже на западе страны.
Часть окружения Мерца приходит к выводу, что бесконечные правительства с левоцентристами изрядно подточили саму основу христианской демократии. Они вменяют канцлеру в вину невыполнение собственных обещаний: вместо правоконсервативного поворота возник формат «Меркель-2».
Более правый внутрипартийный фланг считает формирующуюся коалицию в Берлине принципиально новым и достаточным прецедентом для начала сотрудничества с АдГ и опасается «коммунистического реванша». Последний представляется ему большей угрозой, чем не самые симпатичные, но, «может, не такие и страшные» ультраправые.
Более умеренные не видят рецепта эффективного сопротивления «Альтернативе». Фактически Мерца спасает только то, что желающих занять его место пока нет.
В СДПГ вопрос о том, куда нужно двигаться партии, стоит не менее остро. Социал-демократы не просто теряют популярность, а терпят так много поражений, что журналисты уже перестали писать об «антирекордах» и «исторически низком результате». АдГ получает поддержку, в том числе и от бывших избирателей СДПГ, которые более не видят в старейшей партии страны представителя своих интересов.
Часть функционеров и рядовых членов вполне устраивает кооперация с ХДС — пусть не самый подходящий, но проверенный временем формат. Другие считают, что партия идет не в том направлении и что единственный ее шанс на выживание — резкий «крен влево» и будущий федеральный союз с «Левыми», пилотным проектом которого и должно стать региональное правительство в Берлине. Они готовы «закрыть глаза» на «некоторые проблемы» партнеров, ибо не видят иного выхода.
Напряжение в рядах коалиции лишь нарастает. В ХДС союз левоцентристов с радикальными берлинскими левыми считают «предательством демократии», а уступки социал-демократам — слишком значительными. В СДПГ крайне недовольны всеми последними реформами, многие социал-демократы находят их асоциальными и противоречащими идеологии и фундаментальным принципам партии.
Партнеры открыто обвиняют друг друга в нарушении брандмауэров. Но правящая коалиция вряд ли досрочно прекратит свое существование. Ее цементирует желание любой ценой избежать внеочередных выборов.
В номинальном первом месте АдГ было бы мало сомнений. Совокупный рейтинг ХДС/ХСС и СДПГ едва превышает 30%. В новое большинство пришлось бы брать «Зеленых», что еще более усложнило бы конструкцию. Но даже и такой широкий формат мог бы не набрать достаточно голосов.
Гипотетический союз СДПГ, «Зеленых» и «Левых» не имеет большинства уже гарантированно, да он и едва ли получил бы абсолютную поддержку центристов. Поэтому «брак по расчету» в нынешнем его виде будет продолжаться и далее.
Совокупный рейтинг ХДС/ХСС и СДПГ едва превышает 30%
«Недовольные» никуда не денутся, и, вероятно, коалиция, имеющая «подушку безопасности» всего в 12 голосов, столкнется с отсутствием нужной поддержки непопулярных проектов. И при критическом сценарии, если правительство зайдет в тупик, а в рядах консерваторов возьмут верх противники Мерца, возникнет соблазн найти голоса во фракции АдГ, пока для отдельных начинаний, без институционального закрепления сотрудничества и общего синхронного голосования.
Формально такой сценарий означает не конец правительства и новые выборы, а скорее «вольный поиск большинства». «Коалиция» в ФРГ не является юридически обязательной, а служит скорее удобным инструментом управления. Это стало бы проверкой на прочность в расчете на то, что из-за «минимальной кооперации» с ультраправыми социал-демократы не рискнут покинуть правительство и пойти на перевыборы.
Это «покер», ценой которого стала бы не только сомнительная работоспособность парламента и окончательный слом брандмауэра, но и ползучий приход «Альтернативы» во власть. Но полностью исключать такое развитие событий уже не приходится.
