Новороссия для Си: как Китай проникает на Донбасс

Интерес к ведению бизнеса в Крыму у китайских инвесторов появился еще до аннексии полуострова Россией в 2014 году. В декабре 2013-го правительство Украины, которое тогда возглавлял Николай Азаров, и китайская частная компания Beijing Interoceanic Canal Investment Management Co. Ltd. подписали меморандум об экономическом сотрудничестве. Эта китайская компания принадлежит мультимиллионеру Ван Цзиню. Она известна амбициозным проектом по строительству судоходного канала в Никарагуа, который должен был составить конкуренцию Панамскому каналу и послужить продвижению китайских геополитических интересов.

Украинско-китайский проект предусматривал строительство глубоководного порта в Крыму и участие китайской стороны в реконструкции рыбного порта в Севастополе. Первый этап инвестиций должен был составить $3 млрд. Владелец Beijing Interoceanic Canal Investment Management Co. Ltd. Ван Цзин заявил, что этот проект превратит Крым «в экономический и транспортный узел морского Шелкового пути». 

Уже тогда некоторые украинские эксперты считали, что это первый шаг масштабной экспансии: сначала порт в Крыму. Затем аренда сельскохозяйственных земель на юге страны, а закончится всё превращением Украины в аграрный придаток Китая. Выступали против проекта и крымские экологи. Сотрудничество с Китаем для президента Януковича тогда было попыткой привлечь деньги в Украину из любых источников на фоне уже начавшихся протестов на Майдане против сворачивания евроинтеграции.

Последующие события — противостояние на Майдане, бегство Януковича в Россию и российская интервенция в Крыму — положили конец этой масштабной затее. В июне 2014 года Beijing Interoceanic Canal Investment Management Co. Ltd. заявила, что более не ведет никаких проектов в Крыму. Неудачей закончились и попытки привлечь китайских инвесторов для строительства Керченского моста. 

Это было логично, поскольку аннексия Крыма не была признана мировым сообществом (в том числе и самим Китаем), против России были введены международные санкции. Между 2014-м и 2022-м годами в российских СМИ периодически появлялись сообщения о готовности китайских компаний участвовать в инфраструктурных проектах на аннексированном полуострове, однако дальше разговоров дело не шло.

Ситуация стала меняться после 2022 года, когда сотрудничество Москвы и Пекина вышло на новый уровень. Уже в ноябре 2023 года The Washington Post писала о том, что Россия и Китай ведут переговоры о строительстве транспортного туннеля под Керченским проливом (17 июля 2023 года ВСУ успешно атаковали Крымский мост наводным беспилотником). Тогда Москва и Пекин дружно опровергали это сообщение американского издания. 

Однако публикации о вероятности участия китайских компаний в инфраструктурных проектах в Крыму стали появляться всё чаще. В 2025 году украинская разведка сообщала о том, что оккупационные власти Крыма хотят привлечь китайские инвестиции к строительству Керченского морского порта и расширению инфраструктуры военной базы на озере Донузлав. Что-то делалось явно в обход санкций. В 2025 году судно Heng Yang 9 под панамским флагом, принадлежащее компании Guangxi Changhai Shipping, неоднократно заходило в порт Севастополя с отключенным транспондером. Украинский МИД выразил КНР протест по этому поводу.

Китайская сторона, опасаясь вторичных санкций, не торопится открыто инвестировать в инфраструктуру аннексированного Крыма. Однако есть информация, что как минимум Пекин крайне заинтересован в полуострове, а как максимум — уже скрытно сотрудничает с Россией в черноморской акватории. 

В докладе инициативы Extrema Ratio (занимающейся отслеживанием китайской глобальной экспансии) отмечается: 

«Интерес Китая к Чёрному и Азовскому морям выходит за рамки простой поддержки России в Крыму, вписываясь в более широкую стратегию инициативы „Один пояс, один путь“ и открывая потенциальные возможности двойного назначения… 

Любое развитие инфраструктуры в этих регионах, даже если оно номинально носит коммерческий или гражданский характер, по своей сути поддерживает и укрепляет военные и логистические возможности России. Это соответствует стратегическому партнерству Китая с Россией, особенно учитывая растущую зависимость России от Китая в отношении критически важных военных технологий и компонентов после западных санкций».

Летом 2022 года власти «ДНР» стали проявлять интерес к заброшенному Каранскому карьеру в районе села Мирное Волновахского района Донецкой области (до начала полномасштабной войны — территория подконтрольная Украине). В этом карьере добывали щебень для строительства, с 2008 года работы там не велись. В августе 2022 года перерабатывающую фабрику начали восстанавливать и уже в октябре официально объявили о новом запуске Каранского карьера.

В ноябре 2023 года глава оккупационного «правительства ДНР», российский чиновник Евгений Солнцев,  сообщил, что Каранский карьер подписал соглашения о сотрудничестве с двумя китайскими предприятиями — Amma construction Machinery Co. Ltd (фабрикой по производству оборудования для измельчения пород) и Zhongxin Heavy Industry Machinery Co., Ltd (фабрикой по производству дробильно-сортировочного оборудования). Подписание состоялось в представительстве ДНР в Москве. 

В марте 2025 года Солнцев был переведен с Донбасса в Оренбургскую область, где он занял кресло губернатора. Однако сотрудничество с китайскими компаниями продолжилось — местные жители стали называть Каранский карьер «китайским». Добываемый в карьере щебень используется для строительства по всей оккупированной территории Украины, где российская власть, сама же всё разрушив, анонсировала масштабные проекты «восстановления».

Украинское издание «Реальная газета», в котором с 2014 года работают журналисты с Донбасса, вынужденно покинувшие свой регион из-за оккупации, провело свое расследование сотрудничества властей «ДНР» с китайскими компаниями. По данным издания, названные Солнцевым компании Amma construction Machinery Co. Ltd и Zhongxin Heavy Industry Machinery Co., Ltd ведут активный бизнес в России, в частности с Каменским щебеночным заводом в Ростовской области. 

Вероятным посредником выступал Чжан Цзинвей, аспирант Южного федерального университета, занимающийся разработкой оборонных технологий для российской армии. Например, сообщалось о том, что он создал усовершенствованную модель нейронных сетей для беспилотных летательных аппаратов (БПЛА), позволяющую ускорить обнаружение небольших объектов в реальном времени. Чжан Цзинвей стал победителем конкурса «Лидеры России», курируемого первым заместителем главы АП РФ Сергеем Кириенко.

Главный редактор «Реальной газеты» Андрей Дихтяренко в беседе с The Insider рассказал, что на примере такого посредничества можно увидеть технологию китайского проникновения на оккупированные территории. 

«Чжан Цзинвей учится и работает в ростовском университете, он же — глава местного китайского землячества, и он же выступает посредником между ДНР и китайскими фирмами из своей родной провинции. Если официальные государственные структуры КНР вроде бы держатся в стороне — большие государственные концерны не хотят попасть под санкции, то среднему частному бизнесу дают добро на организацию совместных проектов на оккупированных территориях Украины». 

Не слишком афишируя свое присутствие (если бы не тщеславие местных чиновников, эти инвестиции могли бы остаться и вовсе незамеченными), китайские компании участвуют в инфраструктурных проектах, поставляют технику и так далее. По данным Дихтяренко, история с донецким карьером — далеко не единственный пример подобного сотрудничества. 

Например, китайское горное оборудование поставляется на шахту «Белореченская» в Луганской области. Это одна из немногих прибыльных шахт на оккупированной территории. «Восстановление промышленности в оккупации уже ведется за китайские деньги, без Китая у России нет возможностей всё это быстро восстановить», — объясняет журналист.

По словам Дихтяренко, у этого сотрудничества, помимо бизнес-составляющей, есть и существенная политическая: «Происходит обмен опытом пропагандистов, например, — сотрудников луганских пропагандистских медиа активно зазывают на ознакомительные поездки в КНР, где им устраивают экскурсии на заводы по производству дронов». 

В качестве обратного примера Дихтяренко приводит визит в Мариуполь китайской блогерши и певицы Ван Фан в 2023 году: «При этом ее муж-чиновник в Мариуполь не поехал, он ждал жену в Ростове и затем они дали совместную пресс-конференцию». Во время визита Ван Фан пела «Катюшу» на руинах Мариупольского драмтеатра, разрушенного российским авиаударом. Ее поездка вызвала протест со стороны украинского МИД.

Для оккупационных властей «ДНР» сотрудничество с Китаем — важный элемент усиления собственного веса внутри чиновничьей иерархии через контакты с властями КНР, бизнес-связи, участие в бизнес-форумах и так далее. В апреле 2024 года «премьер-министр» «ДНР» Евгений Солнцев посетил 1-й Российско-китайский строительный форум в Харбине, организованный Всероссийским центром национальной строительной политики и региональным правительством Харбина.

«Обсудили с коллегами возможности по запуску и модернизации наших металлургических предприятий», — сообщил Солнцев. Также он анонсировал сотрудничество с двумя китайскими строительными компаниями: Genertec International Co Ltd и с China Xinxing Group Co Ltd в деле «восстановления Донбасса» (официальных контрактов заключено не было).

Свои планы по сотрудничеству с Китаем строят и в оккупационном правительстве Запорожской области. И.о. министра экономического развития Юрий Гуськов рассказывал: «Запорожская область как новый регион РФ планирует активно сотрудничать с бизнесом Поднебесной. Наше зерно — высочайшего качества, и китайские потребители однозначно это оценят. Мы будем активно задействовать народную дипломатию для продвижения своей продукции». 

Правда, дальше «народной дипломатии» и здесь не пошло. Зато известна другая история — в Мелитополе у китайского бизнесмена едва не «отжали» завод по переработке черешни. Компанию «Еврофрут» в 2015 году основал инвестор из Шанхая Чжен Фен. Однако после оккупации региона на завод положил глаз местный авторитетный бизнесмен Сергей Желев, сотрудничавший с российскими властями. Китайскому владельцу пришлось срочно добираться в Мелитополь, чтобы защитить свои инвестиции.

Есть место и курьезам. В июле 2025 года власти «ЛНР» отчитались о визите делегации китайских инвесторов. Однако вскоре выяснилось, что это были не совсем китайцы. Точнее, совсем не китайцы. За «инвесторов из Поднебесной» выдали предпринимателей из Воронежа – вьетнамского и азербайджанского происхождения.

В июле 2025 года российский Промсвязьбанк (ПСБ) организовал поездку в Китай для представителей десяти компаний с оккупированных территорий Украины (победителей всероссийского конкурса отечественных производителей «Знай наших»). Промсвязьбанк — важный элемент оккупационной структуры. Он первым из крупных российских банков открыл свои представительства в аннексированных украинских регионах — вначале в Крыму, а затем в «ЛНР-ДНР» и оккупированных частях Запорожской и Херсонской областей. 

В 2018 году ПСБ был национализирован и с тех пор является основным кредитором оборонно-промышленного комплекса РФ, обслуживая до 70% гособоронзаказа. Руководит банком Пётр Фрадков, сын экс-премьера и бывшего главы внешней разведки Михаила Фрадкова. С 2022 года банк находится под санкциями всех ведущих западных стран.

Китайскому проникновению на оккупированную часть Украины способствует и Виктор Медведчук — в прошлом главный пророссийский политик Украины и «кум Путина». Медведчук активно участвовал в совместных бизнес-проектах с Китаем еще будучи украинским депутатом: связанные с ним и его деловым партнером Тарасом Козаком компании с 2020 года строили канатную дорогу на российско-китайской границе в районе Благовещенска и Хэйхе.

Виктор Медведчук активно участвовал в торговле углем на территории «ЛНР-ДНР» через подконтрольную ему компанию «Донские угли», которая с 2021 года стала одним из ключевых бенефициаров местной угольной промышленности. После начала полномасштабной войны «Донские угли» стали быстро расширяться, беря под свой контроль шахты на захваченной территории Донбасса, а затем поставляя уголь в Китай под видом «российской» продукции. Однако из-за сокращения закупок российского угля со стороны Китая и общей неэффективности компании Медведчука в 2026 году она оказалась в долгах на сумму 2 млрд рублей.

Бизнес Медведчука занимается не только экспортом в Китай, но и импортом — его структуры поставляли на оккупированный Донбасс грузовики из Китая (продукцию китайского филиала немецкого концерна Daimler Truck).

Процессы китайской экспансии на украинскую территорию, оккупированную Россией, пока не носят масштабного характера. «Китай присматривается», — как сказал один чиновник «ЛНР». Но постепенно она приобретает всё более системный характер: всё больше китайских компаний заходят на оккупированные территории, «прикармливая» местные элиты. Для Китая это также проверка санкций на прочность, частные компании «разведывают» территорию для прихода частно-государственных гигантов КНР.

Помимо сугубо экономических соображений, важна и геополитика. Крым играет ключевую роль в Черноморском регионе, а юго-восточные территории Украины служат стратегическим плацдармом для экспансии в Восточную Европу. Для Китая это проникновение — часть глобальной стратегии по созданию евразийского логистического коридора.

В эту логику укладывается строительство Россией трассы Ростов — Мариуполь — Мелитополь — Крым (так называемая трасса «Новороссия»), которая может быть подключена к международному транспортному коридору «Европа — Западный Китай» — совместному проекту РФ, КНР и Казахстана. К слову, на строительстве трассы «Новороссия» используется щебень из того самого «китайского» карьера в Донецкой области.

Еще один важный мотив для Китая — доступ к ресурсам, прежде всего к залежам редкоземельных элементов. По оценкам украинской стороны, половина украинских месторождений редкоземельных металлов находится в зоне российской оккупации. 

Например, на территории Донецкой области есть залежи лития и титана, а также единственный в Украине комплексный источник циркония. Всё это со временем может оказаться в руках китайских разработчиков, поскольку у России не хватает своих технологий и ресурсов для их полноценной добычи.

Это же можно сказать в целом и про всю экономику оккупированной части Украины. Пока все ресурсы оккупантов будут уходить на ведение войны и удержание стабильности режима, китайского присутствия на этих землях будет становиться всё больше.